Страница 1 из 1

"Сон майора" (мистерия)

СообщениеДобавлено: Вт ноя 23, 2010 4:15 pm
Досбаев Кайрат
Глава, в которой на Рублевке войска Игв захватывают в плен Президента России (В. Путина), Патриарха Всея Руси (Кирилла), рэппера Тимати, О.Газманова, Тарантино, шоуменов «Большой разницы» и «Детектора лжи» С.Цекало и А.Малахова и вызывают на корпоратив А.Пугачеву.

Главы из фантастического романа «Летающее человечество. Зарождение» автор: Досбаев Кайрат

Глава 14
«Сон майора»
Ближе к двум часам ночи Святкин проснулся. Вся эта скунсомания еще некоторое время бродила между его висками отрывочными воспоминаниями. - Боже, как хорошо, что все закончилось! - с облегчением подумал он, повернулся на другой бок и попытался заснуть. Но не тут-то было! В памяти всплыла вчерашняя докладная записка о трагическом происшествии на Рублевке.
На первый взгляд случай был заурядный. Молодой человек, совсем еще мальчишка, угнал эксклюзивный «Понтиак» и в час ночи мчался по Рублевке в изрядном подпитии. На повороте перед Николиной горой он не справился с управлением и по касательной ударился о левое, затем о правое ограждение. Машину закрутило и вынесло на середину трассы. Парнишка в полубессознательном состоянии вывалился из «Понтиака», и в ту минуту, когда он стал отползать на обочину, из-за поворота по «встречке» вылетел джип и снес ему голову напрочь!
Вроде бы обычное ДТП с трагическим исходом. В том смысле, что бывают на дороге случаи и пострашнее. Аналитическая группа Святкина не обратила бы на это ДТП особого внимания. Если бы тем парнишкой не был бы молодой актер Георгий Котов (один из героев сериала «Школа»), а за рулем джипа не сидела бы в ту роковую ночь известный кинорежиссер Гой-Германика (автор этого киносериала)!
«Что это - чудовищное совпадение?» - мучительно размышлял майор. Больше всего его пугало то, что он до сих пор не смог ответить на этот вопрос утвердительно. Он невольно вспомнил ту рыдающую девчушку на крыше девятиэтажки, которую изнасиловал Котов с дружками. «Нет-нет! Не может быть! Это совпадение и точка!» - принялся убеждать он себя.
Одновременно в памяти его начали всплывать снимки с места происшествия. На них в разных ракурсах на уровне третьего шейного позвонка был отчетливо виден, идеально ровный срез шеи Котова - как будто бы голова актера была аккуратно отсечена циркулярной пилой в каком-нибудь убойном цехе.
Однако экспертизой было установлено, что характер этого среза именно такой, какой бывает при нанесении сильного прицельного удара острейшей саблей или палашом сверху вниз! Иными словами получалось так, что в результате аварии Котов вывалился из машины, и в ту минуту, когда он отползал на обочину, кто-то быстро подошел к нему сбоку и отсек его голову палашом! Одновременно с этим бампер джипа Гой-Германики ударил по уже отрубленной голове... Бред какой-то!
Официальную версию о причастности Гой-Германики к наезду на Котова тут же отмели за не состоятельностью. Хотя потрясенная киновуменша была свято убеждена, что именно она стала причиной этой трагедии. Потребовалось не мало усилий следователей и психологов, чтобы убедить эту обезумевшую женщину в том, что в ту роковую ночь ее машина не касалась головы актера.
Глубоко заполночь совершенно истерзанный всеми этими размышлениями мозг Святкина впал в оцепенение. Майор лежал в темноте в полузабытии. Жена посапывала рядом и видела, наверное, уже десятый сон. Ему вдруг привиделась алтайская деревушка из его далекого детства. Туманное летнее утро, позвякивание колокольчиков проходящего за околицей стада.
В накатившей первой волне сна он услышал, что пришла мама и принялась кормить кур.
«Цыпа-цыпа, девочки мои, ешьте-ешьте», - слышалось ему как в тумане.
«Как хорошо – мама», - успел подумать майор и провалился в бездну.

-
Скорее всего, по причине чрезвычайно волнительного предвосхищения встречи с Президентом Святкину и приснился этот жуткий сон.
Был поздний мартовский вечер, когда он вышел из управления и поехал в сторону Кремля. Ему было очень важно перед этой встречей все осмыслить, пройтись возле кремлевских стен. Майор уже шел от храма Василия Блаженного к Васильевскому спуску, как вдруг услышал, что его кто-то догоняет.
-Добрый вечер, товарищ Святкин, - раздался за спиной суховато-надтреснутый с придыханием голос. Майор обернулся… Президент!!!
-Здравия желаю, товарищ Верховный главнокомандующий! – отчеканил он, взметнув руку к фуражке.
- Вы без охраны, товарищ Верховный главнокомандующий?
-Да вот, вышел, немного пройтись, ребят на посту оставил. Некоторое время шли молча.
Вижу, вы чем-то озабочены, Анатолий Борисович? – спросил Президент участливо.
-Да есть такое, - сказал Святкин. – Видите ли, господин Президент, на Рублевке погиб молодой актер, некто Георгий Котов. Это дело направили к нам в управление.
-Во-первых, давайте так: не «господин», а товарищ Президент, во-вторых, я догнал вас этим вечером именно по этому вопросу. Кстати вот и Патриарх Всея Руси к нам пожаловали! Святкин не сразу разглядел приближающегося к ним навстречу Владыку Кирилла. Тот был во всем черном и вышел из мглы буквально за пять шагов до них.
-Сердечно приветствую вас, господин Президент, вас господин Святкин! - низким глубоким голосом произнес Владыка. Президент и майор по очереди приложились к его руке. Священник перекрестил их. После чего Президент сказал:
- Дозвольте поправить, Владыка: для вас я просто Владимир, майор – Анатолий, вы при этом – Ваше Святейшество. В это время сзади, со стороны Кремля, послышался шелест шин, около них остановился микроавтобус.
-Прошу садится, - сказал Президент, - поедем на Рублевку, разбираться. Все сели в машину. В полусумраке за высокими спинками сидений Святкин не сразу заметил, что в салоне находится еще один человек.
-Познакомьтесь, - сказал Президент, - глава рублевской администрации Потанин Олег Владимирович. Майор сразу смекнул, что это именно тот Потанин, что является главой администрации Алтайской Рублевки.
«Странно... Для чего его сюда вызвали?» - подумал он, с тревогой поглядывая на этого лысоватого мужчину, которого он прежде видел только на фотографиях служебных отчетов.
Всю дорогу до МКАД-а ехали молча в окружении вспыхивающих маячков машин службы безопасности и сопровождения. Молчание прервал Президент.
-Как вы догадываетесь, я пригласил вас по поводу роковой гибели этого паренька, Котова. Когда мы приедем на место аварии, то заодно попытаемся вместе понять, осмыслить все происходящее сегодня в России.
-Благое дело, Владимир, благое, - произнес Патриарх, вглядываясь в проплывающие за высокими заборами темные громады рублевских особняков.
Перед поворотом на Николину гору, на месте гибели актера, их уже ждали. Гаишники, служба охраны выставили на трассе мигающие маячками кордоны, указатели объездных дорог. Микроавтобус остановился и все вышли на ночное шоссе.
Сильная мартовская оттепель съела весь снег, и темнеющая земля у дороги сливалась с ночной мглой уже в нескольких метрах от обочины. Внезапные порывы теплого ветра сменялись волнами ветра леденящего и влажного несущего с собой запах перегнившей листвы.
Святкин поразился низким, ростом с человека, необычайно кряжистым деревьям с толстыми изогнутыми ветвями. Они теснились вдоль обочины неровными рядами. «Может посрезали их, боясь верховых пожаров», - подумал майор, вглядываясь в абсолютно черное, беззвездное небо.
-Вот так, - сухо проронил Президент, когда они подошли к начерченному мелом на асфальте силуэту погибшего. Абрис фигуры актера был без головы. Ее согласно официальной версии снесло бампером джипа, и обнаружена она была на обочине в ста метрах от туловища.
Некоторое время все молчали не в силах оторвать своих взглядов от мелового контура. Потом Президент все же решился нарушить это затянувшееся молчание.
-Я бы хотел узнать мнение каждого о случившемся. И как можно откровеннее.
Потанин коротко оглядел всех и тихо спросил: - Можно мне?
-Просим вас, Олег, не робейте, - поддержал Владыка.
-Я вижу, как они отсекают от нас детей.
-Каким образом? – быстро спросил Президент.
-Первый страшный удар по России они нанесли сериалом «Бригада». В нем преступников сделали героями. Наши дети поняли, что богатым можно стать, грабя и убивая. Не всегда в буквальном смысле. Но после этого духовность и человечность стали для них первыми признаками неудачников. Сила – правотой. Сила денег – абсолютной правотой. И этот урок они усвоили быстро.
-Второй удар они нанесли сериалом «Школа», - продолжил Владыка. -Жизнь подростков в школе – это как бы обрамление. Средоточием удара, нанесенного этой дьявольской тьмой, стало страшное поругание девочки над своими родителями. Детям показали, что им дозволено разрушать и растаптывать святое словами.
Некоторое время все молчали, потупившись. Затем Президент испытующе посмотрел на Святкина.
-Я считаю, товарищ Верховный главнокомандующий, что народ выключен из жизни своей родины, - немного робея, начал майор. - Дельцы, что уже итак безмерно обогатились, продолжают жадно высасывать из России все соки. Банды чиновников и бизнесменов, оффшоры, виллы и роскошь элиты, «оборотни в погонах»…все они повсеместно имеют мощные кланы, а светлые люди России разобщены и задавлены. С тревогой смотрят они из окон своих домов в этот мир. Каждый из них одинок и нет над ним родины, есть только задача уцелеть на своем клочке земли. Все духовное для людей становится признаком слабости, а высокая духовность нашей церкви – «гласом вопиющего в пустыне». Снова воцарилась тяжелая пауза, в течение которой все старались не смотреть друг на друга.
-Сиротство! - неожиданно вырвалось у Владыки.
Президент вопросительно посмотрел на него.
-Сиротство народа, пожалуй, все описывает Владимир. С глубокой скорбью вижу я, как многие люди входят в церкви, не подвигнутые осознанием светлого единства, а чтобы упросить Бога уделить внимание только им, а дальше – хапнуть товар и бежать, будто сироты на базаре. Участь России страшна безверием к Богу равным безверием к ближнему. В этом страшном безверии своем мы ведем ее, как невинного агнца, на заклание! Даже если страна обогатиться новыми нефтепроводами и технологиями так, что станет одной сплошной Рублевкой, то это ничего не изменит. И Бог не простит нам этого, если не изменимся мы!
-Сиротство, - задумчиво произнес Президент. Может, вы, Владыка, хотите сказать тем самым о сиротстве России? О том, что Бог уже оставил нас?
-Нет! – горячо возразил священник. -Бог никогда не оставлял Россию! Это мы можем отдаляться от него.
-Хорошо. Что вы предлагаете? - спросил Президент. – Какой выход?
- Я уверен, что нужно решать проблему ответственности власти, - продолжил Владыка. И когда мы поймем, что судьбы людей – не ворох листвы гонимый ветром, не грязь под колесами «Мерседесов» и «Бентли», тогда во власть придут праведники.
Внезапно сильный порыв леденящего ветра пронесся по Рублевке, заглушив последние слова Владыки. В темноте Святкину показалось, что эти толпящиеся у обочины деревья не зашелестели высохшей листвой, не заломились ветвями, а молча вздрогнули своими толстыми черными стволами, придвинулись к дороге.
–Похолодало что-то, – заметил Президент. - Пройдемте в машину. Все пошли следом. Они уже садились в микроавтобус, как вдруг сзади, из ночной мглы на бешенной скорости вылетел низкий темный «Понтиак» и врезавшись по касательной в левое ограждение, заискрил, пошел юзом, тяжело стукнулся правым бортом о противоположное ограждение и, протащившись боком еще метров сто, замер с распахнутой водительской дверью.
От неожиданности все остолбенели. Первым пришел в себя Святкин.
-Всем оставаться на местах! А сам рванул к чернеющей впереди машине. Тут же взвыли-замигали машины оцепления, засуетилась, забегала служба безопасности.
-Быстрее, вперед! – крикнул Президент, и все кто был рядом побежали следом.
До машины было не более километра. Но не успели они пробежать и четверти пути, как сзади послышался гулкий топот копыт. Святкин обернулся и обомлел. Из кромешной мглы в свет фар служебных машин на Рублевку ворвался всадник!
Люди на шоссе инстинктивно подались в разные стороны, возмущенно замахали руками, что-то приказывая. Но Всадник в развивающейся черной бурке и мохнатой шапке с белыми от ярости глазами, очевидно, не видел никакого препятствия на своем пути!
Черной стрелой он пронесся вперед всех и лишь у самого «Понтиака», резко осадил коня. Резвый вороной, закружился, захрапел, затаращил огненные глаза на исходящую паром крышку капота. Всадник грозно приструнил его и выхватив из ножен палаш, склонился к машине.
-Вылезай, змееныш! – громовым голосом крикнул он и быстро сунул палашом в подушку безопасности. Котов выпал из водительского кресла и стал медленно подниматься на четвереньки.
-Это ты, диду? – услышал Святкин жалобный голос.
-Я, сучий потрох! Молись!
-Ить ты же давно умер!
-Да поживее тебя буду!
-Помоги мне, диду…
-Черт тебе поможет, гнида! Ты зачем девку снасильничал?!
-Так не ведал же, что творю, диду!
-Ведал, сучьих потрох, ох, как ведал! Ить я же и тебя породил, гадёныш! Молись! – вдруг страшно закричал всадник
Котов сжался, и не успели все ни добежать, ни крикнуть, как палаш взметнулся и молнией обрушился на его шею.
А-а! – истошно закричал, бегущий впереди всех Святкин. Конь испуганно взметнулся. Но голова Котова, как в замедленном кино, плавно коснулась асфальта верхней частью лба, лениво подпрыгнула, вязко стукнулась бритым затылком, затем три раза быстро кувыркнулась и легла на правую щеку с закрытыми глазами. Бездыханное тело актера, исходя фонтаном крови, пало на асфальт и поразительно точно совпало с начертанным на нем меловым силуэтом!
К тому времени все уже добежали до «Понтиака», и шумно дыша, гневно уставились на всадника.
-Вы-вы, что себе п-позволяете! Охрана, арестовать его! - закричал Президент.
-С кем имею честь? - неприязненно вымолвил Всадник, пряча свой взгляд. Но майор успел заметить, что в его глазах блеснули слезы.
-С вами говорит Верховный главнокомандующий Российской Федерации! - начал Президент негодующим голосом, но не успел он закончить, как голова на асфальте открыла глаза и внятно произнесла:
-Да чё ты с ним еще базлаешь, чувак? Это же полный отстой!
-Что он там вякнул?! – гневно взметнулся Всадник.
-Пошел, ты на ..уй, урод, - просипела голова Котова и закрыла свои глаза навсегда. В этот момент сильный порыв ветра подхватил ее и быстро покатил по Рублевке. Кто-то из охраны кинулся следом. Все – и Президент, и все, кто был рядом с ним в ту минуту, были крайне потрясены произошедшим, и в безмолвном отчаянии смотрели на перекатывающуюся по шоссе голову. Вдруг вороной громко заржал, захрапел, приседая.
-Тикать надо! – закричал Всадник, тревожно озираясь. Все, включая Президента, недоуменно оглянулись по сторонам.
-Вон они! – заорал он, показывая на темнеющую за обочиной землю.
-Тикайте, хлопцы! Сами мы не сдюжим!
-Стоять! Ни с места! – опомнился майор, пытаясь поймать коня под уздцы. Но Всадник сокрушенно махнул рукой, ударил вороного шпорами и помчался в сторону моста на Николину гору. Внезапно налетел ураганный ветер. Люди согнулись под его порывами, прикрыли лица от летящего мусора. Резкий запах болотной гнили ударил в нос. В следующее мгновение асфальт под ногами людей вздрогнул, земля по обе стороны Рублевки вдруг всколыхнулась, как будто это была болотная топь.
-Что происходит?! – вскричал Президент, озираясь по сторонам.
Люди в немом изумлении наблюдали, как горизонт по окружности, будто гонимый земляными валами начал удаляться, пространство вокруг шоссе вместе с деревьями стремительно раздвинулось, а огни особняков уплыли к горизонту и скрылись во мгле!
-Смотрите! – крикнул Потанин с перекошенным от ужаса лицом. Его трясущиеся руки показывали вниз, на ближний к Рублевке участок земли.
И все, как сквозь мутную воду, увидели копошащиеся там темные фигуры и проступающие красноглазые лики каких-то омерзительных существ! Тела их были достаточно отчетливо видны, потому что снизу из глубины самой земли исходило какое-то странное фосфорицирующее свечение.
Люди, невольно шарахнулись к центру дорожного полотна, сгрудились. Сотрудники службы безопасности лихорадочно застучали пальцами по гарнитурам связи, но связи не было.
В целом с Президентом на шоссе оставалось двенадцать человек. Из них восемь сотрудников федеральной службы охраны. Куда подевались остальные люди из группы сопровождения, никто не знал.
-И здесь! – вдруг вскрикнул Владыка. Он указывал на землю на другой стороне Рублевки. Майор обернулся и почувствовал, что спина его сразу взмокла от пота. В пятнах таинственного света исходящего от земли было видно, что и по ту сторону шоссе эти твари сотнями бугрятся под землей, а некоторые из них уже по пояс вылезли наружу.
Их голые тела с отчетливыми половыми признаками были мглистого цвета, худощавы и морщинисты. Темной-сизый, местами почти черный цвет им придавали многочисленные татуировки, сплошь покрывающие их кожу буквально с головы до пят. Не пропорционально большие цилиндрические головы с хищным изгибом ушей были усыпаны множеством длинных черных косичек. Под большими крючковатыми носами находились трубкообразные и чрезвычайно подвижные рты. Они то собирались в трубочку, то вдруг резко раздвигались кулисами губ, обнажая на каждой челюсти по два ряда острейших как у пираньи зубов!
Но более всего ужасали, гипнотизировали их огромные – от виска до виска темно-красные стебельчатые глаза с черными линзами кошачьих зрачков. Четырехпалыми перепончатыми лапами эти существа упирались в зыбкую, ходящую волнами землю, и упрямо вытаскивали свои извивающиеся тела на поверхность.
Владыка быстро снял с груди свой крест, и выставил правую руку с крестом в сторону этих тварей, левой рукой он показал всем встать у него за спиной. Но охрана все равно расположилась по периметру с вытянутыми в руках пистолетами.
-Есть у кого еще крест?! – прокричал Владыка. Потанин сунул руку запазуху, сорвал с цепочки нательный крестик и показал его.
-Становись позади! «Отче наш, ежеси на небеси..», - начал громко читать священник.
-П-о-о-оздно! П-о-о-оздно! – вдруг волнами покатились со всех сторон придушенные голоса. Внезапно все пространство над землей до горизонта озарилось зеленоватым свечением. И люди, холодея от ужаса, увидели, что оно наполнено многими тысячами тел уже вылезших тварей! Красноглазые толпы их, угрожающе ощеряясь и утробно рыча, медленно приближались к Рублевке и вскоре встали плотными рядами у обочин.
-Все, хватает! – раздался чей-то громкий раздраженный голос. Твари испуганно сжались, при этом их рожи расплылись в раболепной улыбке.
-Великий Игва с н-а-а-ми! - затянули они высокими сиплыми голосами. Впереди стоящие ряды расступилась, и не более чем в двадцати метрах от шоссе люди увидели человека, непринужденно развалившегося в большом черном кресле. Точнее это была такая же тварь. Но облачена она была в добротный коричневый с отливом костюм, черную водолазку. На голове, плотно обхватив бугристый лысый череп, сидела теплая клетчатая кепка. Глаза этого существа скрывали большие зеркальные очки в черной оправе, руки - четырехпалые лайковые перчатки. На скрещенных ногах красовались черно-белые лакированные туфли.
Тем временем Святкин протиснулся к Президенту и взволнованно зашептал ему на ухо:
- Я полагаю, это игвы, - товарищ Верховный главнокомандующий. - По утверждению Даниила Андреева – античеловечество, живущее в глубинных шрастрах нашей планеты.
–Я уже понял, майор – ответил Президент. Прищурившись, он пристально разглядывал того, кого только что назвали Великим Игвой. Тот в свою очередь, будто услышал все, что сказал Святкин. Он молча кивнул и мрачно произнес:
-Все верно, майор, все верно, важнячок! Бывал у вас в миру, в свое время, такой-этакий Даниила Андреев. Знавал я его, и «Розу мира» его прочел пораньше вашего.
С этими словами Великий Игва встал с кресла, непринужденно расстегнул пиджак, и внимательно посмотрел себе под ноги. В отличие от окружавших его игв мужского пола, имевших сухощавые, жилистые тела, он оказался довольно крупным существом. Под пиджаком просматривался мускулистый торс, переходящий в развитые плечи. Но особенно поразила людей таинственная сила его голоса. Хоть говорил он и тихо, но был отчетливо слышим, несмотря на шум толпящихся игв. Казалось, его низкий почти утробный голос стоял у всех в ушах уже до того, как он произнесет слово.
Он вдруг вскинул руки, и с легкостью выкинул ногами какие-то замысловатые коленца, чем вызвал восхищенные выкрики в основном у женской половины игв.
-Не, не то.., - раздраженно пробубнил он себе под нос и, несмотря на направленные на него пистолеты службы охраны, быстро взбежал на дорожное полотно и встал в метрах пяти от оцепления.
-Не стрелять! - громко приказал Президент. Толпы игв одобрительно зашумели. Великий Игва осклабился, приложил палец ко рту, приказывая всем молчать. В воцарившейся тишине люди услышали еще не совсем четкий ритм чечетки, отбиваемый его черно-белыми и, как оказалось, с набойками туфлями. Добившись устойчивого ритма, он поднял голову и, посверкивая очками в таинственном свете земли, принялся декламировать:
-Как-то вздумал тот Даниила
Раскрывать тайны света и тьмы.
Ну а труд свой назвал «Роза мира»,
А по-нашенски - просто «Розочка».

Возмутил меня этим до крайности!
Посмешил меня этим до коликов.
И послал на баланду тюремную
Я его к блатате беспредельнейшей.

Много долгих годков тех по тюрьмочкам,
Отмахал он безвестно состарившись.
Весь в слезах, хохоча в безрассудности,
Он таился и «Розу» пописывал.

Но подумал потом я, да ладненько!
Пусть уж знают о нас человечики.
Пусть поймут они тли, кто хозяева,
Их судьбинушек алчных, безрадостных.

Стал от шмонов его прикрывати я.
Ни один вертухай не осмелился!
Вроде шмон-то идет по всем нарам,
Смотрят тупо, ан «Розочки» нетути!

-Ох-хо-хо! – взорвалось пространство до горизонта. Все игвы искренне закатились неистовым смехом, зашлепали себя по ляжкам перепончатыми лапами. Близстоящие твари откровенно закорчили рожи в сторону людей, засвистели своими трубкообразными ртами. В это время их первые ряды расступились, и какой-то рослый весь в черных татуировках слуга вынес и бережно положил перед ногами Игвы окровавленную голову Котова!
-Мда-а, - мрачно протянул тот. –Припоздали мы чуток. Кто? – тут же низким голосом спросил он. Слуга склонился к его уху и что-то прошептал.
-Догнать! – рявкнул Игва, мстительно сужая зрачки. Затем он вернулся к своему креслу и, усевшись в него, уставился на людей тяжелым взглядом.
Над Рублевкой воцарилась тягостная и вместе с тем, выжидающая тишина. Все понимали, что ход теперь за людьми.
Тут Президент коротко улыбнулся и, прищурившись, громко и отчетливо произнес:
-Ты бы перчаточки-то снял. Ведь не холодно же!
-А-а-а! М-м-м! – застенали игвы, их красные глаза, как по команде, расширились, зрачки мстительно сузились.
-Ах так! – выдавил Великий Игва, крепко сжимая подлокотники четырехпалыми перчатками. Внезапно он встал, запрыгнул на кресло и выпрямился во весь рост.
- Братва, вы че - все еще не в курсах?! - с широким жестом обратился он к затаившейся толпе. -Я к нему со всей уважухой, а он тут походу затеял опустить меня при всех!
-А-а-а! М-м-м! – еще громче застенали игвы и придвинулись к людям.
Но их предводитель вдруг замер, ехидно улыбнулся и придушенным голосом спросил:
-А может замочим их в сартире, братва?!
-Нет! Нет! – изобразив испуг, заерничали игвы, предчувствуя новую игру.
-А что мы ними сделаем?!
-Порвем!!! – тут же выдохнули тысячи глоток.
-Порвем как?
-М-е-е-дленно!
-Понимают ли они это?
-Не-е-т!
-Тогда покажите им!
И не успели люди сообразить, как ближние игвы молниеносными выпадами выдернули двух сотрудников охраны и, трубя, и улюлюкая потащили их над головами вглубь толпы.
-Огонь! – тут же крикнул Президент. Охрана открыла беспорядочную стрельбу, но толпы игв уже бросились к ним, вцепились в руки и ноги, позапрыгивали на спины, завалили на землю.
Другие - в предвкушении скорой расправы, обнажили ряды острейших зубов, глухо зарычали, зашевелили когтистыми пальцами и стали медленно приближаться к стоящим спиной к спине Президенту и Владыке, Святкину и Потанину.
-Что ребятки, не осрамимся? – взволнованным голосом сказал Президент, не спуская глаз с приближающихся игв. - Не позволим молить о пощаде!
-Взять их! – прогрохотал Великий Игва и толпы тварей с воем набросились на людей.
Со Святкиным схлестнулись сразу трое игв. Двое из них повисли на его руках, третий сбоку захватил его шею в замок. После короткой борьбы майору удалось скинуть их на землю, как в следующее мгновение еще четверо игв с утробными рыками вцепились в его ноги и туловище. Но и в этот раз он резкими ударами локтей отбил атаку. Следующая волна тварей уже мертвой хваткой облепила его руки и ноги, потянула за шею к земле. Оседая, майор увидел, что Президент еще дерется. Ему удавалось увертываться, отбрасывать, подсекать игв стремительными борцовским приемами. Но больше всего майора поразил Владыка.
Он стоял исключительно прямо со сцепленными ладонями прямых рук и движениями косаря отшвыривал от себя визжащих тварей. Потанин дрался по-деревенски – наотмашь, что поначалу еще давало какие-то результаты. Но не прошло и пол минуты, как тело Олега Владимировича скрылось под извивающимися телами нападавших.
«Хочу проснуться, немедленно проснуться!», - вихрем пронеслось в голове у Святкина. Но кошмар не желал останавливаться!
Силы дерущихся были чудовищно не равны. Битва людей с игвами, длившаяся не более минуты, наверняка, закончилась бы еще раньше, если бы те действовали более организованно и не мешали себе сами.
Видимо, стараясь выслужиться перед своим повелителем, некоторые из них бесцеремонно отбрасывали своих же собратьев, а сами старались занять место поближе к трофеям.
-Ты чё, с-сука, мне лапой морду разодрал?! – вдруг истошно заорал один из них, приотпуская шею Святкина.
-А ты чё сам, гнида, творишь?!
-Да пошел ты на х…й!
-Сам пошел!
И майор увидел, что не менее полусотни тварей, как в цепной реакции сцепились между собой в беспорядочной потасовке, мешая другим нападавшим.
Люди уже лежали, прижатые игвами к асфальту, а эта нечисть все еще каталась вокруг них разъяренными клубками, не в силах угомониться.
-Да хватает уже! – прикрикнул Великий Игва и несколько раз хлопнул в ладоши. Сзади к нему подбежал маленький сгорбленный игва и, раболепно изогнувшись, подал какие-то бумаги и ручку. Тем временем окровавленных людей в разодранной одежде уже связали и посадили прямо на асфальт лицом к повелителю игв.
Тот медленно приспустил свои зеркальные очки и полыхнул огромными красными глазами в сторону пленников.
-Бюрократия, видите ли, тоже одолевает, - сказал он, нарочито спокойным голосом. Но перед смертушкой вашей мы еще чуток поглумимся. Он принялся рассматривать документы.
-А вот и Президент, его судьбинушка, – протянул он низким голосом, разглядывая очередной лист. – Подписываю на смерть! – громогласно произнес он, озирая толпу поверх очков.
-На смерть! – как эхо отозвались игвы.
-Вот и батюшка, простите, Владыка.
Игва соскочил со своего кресла и стелящейся тигриной походкой подошел к священнику. -Дозвольте узнать, батюшка, - произнес он нарочито дребезжащим голосом, -.вы после всего этого еще в кого-нибудь веруете? Игвы замерли.
–Верую! – тихо сказал Владыка, отплевываясь кровью. - Верую еще более, после того, как увидел вас, твари поганые! Люди, сидящие на асфальте Рублево-Успенского шоссе не могли видеть, как в это время со спины к ним подошли четверо игв одетых в форму гаишников с черными дубинками в руках.
-Хорошо! Не ты ли недавно говорил о Сиротстве? - грубо спросил его Игва.
-Я, - бесстрашно глядя в кроваво-красные глаза, ответил Владыка. И тут же получил сзади по ребрам хлесткие удары дубинками. Тело священника изогнулось от боли.
-Стоять, уроды! - закричал Президент, пытаясь высвободить связанные за спиной руки. Но Великий Игва будто и не слышал этого крика.
-Не ты ли утверждал, с-сука, что Бог не оставил Россию?!
-Я, - еле выдохнул священик, за что чуть не получил целый град ударов. Но хитроумный Игва не был бы Великим, если бы вовремя не пресек эти противоправные действия.
-У вас есть права, Владыка? – вдруг вкрадчивым голосом спросил он.
-Что ты имеешь в виду, Антихрист?
-Водительские права.
-Нет.
-Секи, братва! – проорал Игва на всю округу. - У этого пацана нет даже водительских прав! В современной России, его только за одно это, можно смело причислить к лику святых!
-И-хи-хи! – покатились со смеху игвы и, как сумасшедшие, загудели своими трубкообразными ртами, имитируя клаксоны машин. Тем временем Игва подошел вплотную к священнику, присел на корточки и с трогательной участливостью спросил:
-Вообще-то, Владыка, позволь узнать, как ты водишь целую Россию без прав?
-Ох-хо-хо! – задавилась судорожным смехом толпа, давно затаившаяся в предвкушении этой развязки.
-За это, Ваше Святейшество, сами знаете, гаишники «по головке не погладят»! Он посмотрел в сторону игв-гаишников.
-Вы позволите выписать ему штраф, уважаемые гаишники? Те нарочито надменно кивнули головами.
-Штраф - ценою в жизнь! – громогласно объявил Игва, мрачно озирая притихшую толпу.
-Убивай, нечисть, но знай - я бессмертен! – прохрипел Владыка. - Ты, Антихрист, прекрасно знаешь, что бить – это бить тело! А у-бить – всего лишь жалкая попытка превзойти Бога! Сколько ты не у-бивай - ничего у тебя не получится – все это бессмертие для души!
В ответ Игва мстительно сузил зрачки и прикрыл свои веки. Град дубинок обрушился на тело священника.
-Подписываю на смерть!
-Смерть-смерть-смерть! – эхом прошелестело до горизонта. Тем временем Игва подошел к майору.
- О! Святкин! – он погрузил свою лапу в его волосы и задрал голову майора к черному небу. – Секи, братва, да это же реально наш пацан! Фэ-эс-бэшник! Си-ло-вик! А знаете, братва, почему силовик?
- Нет!!! – запальчиво закричали игвы.
- А потому что, кто сильнее, с тем и он!
-И- хи-хи! – зашлись те, хлопая себя по ляжкам.
-Вся история государственных переворотов - это череда гнусных измен дворцовых охран, полков и тайных служб! На последнем слове Игва вдруг резко дернул голову майора вниз и с силой ударил в его лицо правым коленом.
-Врача! – тут же жалобно прокричал он, и как в бою без правил, картинно описал полукруг перед восхищенно улюлюкающей толпой. Тут же выбежал игва в белом халате и крахмальном чепчике и сунул ватку с нашатырем под нос Святкину.
-Держись, майор! - как в тумане услышал он голос Президента.
-Давай ко мне, майор! – орал Игва, поглядывая на Президента.
-У тебя будет молодая жена, хороший дом на Майорке, счета в оффшорах! Что тебе еще нужно, чтобы достойно встретить старость?! У меня ты не будешь сиротой! Я всегда заступлюсь за тебя!
-Он засту-у-пится, засту-у-пится! – наперебой принялись увещевать майора игвы низкими тягучими голосами.
-Пошел к черту! – сдавленно прорычал Святкин, пытаясь вытереть окровавленный рот о плечо.
-Ах, ты еще вякаешь? – замахнулся на него Игва, но взял себя в руки и криво ухмыльнулся.
-Андреев - это семечки. Были истории и пострашнее. Он подбежал к креслу, запрыгнул на него и голосом заправского шоумена возвестил:
-Теперь все видят меня?!
-Да!!! – восторженно прорали игвы.
-Тогда не будем повторяться, братва! Следующие куплеты я исполню в стиле наших черномазых братьев, таких же, как и вы, конкретных пацанов! Вы уже знаете, что стиль этот зародился в криминальных районах американских мегаполисов и называется он..?
-Рэп!!! – истошно завопили игвы, восхищенно расширяя свои зрачки.
-Are you ready?! –прогрохотал Великий Игва до горизонта.
-Y-yes!
-Ready!?
-Y-yes !!! – завизжали, зашлись в экстазе в основном женщины-игвы.
Игва поднял руки, успокаивая толпу. – Все вы прекрасно понимаете, что мне самому плясать его западло. Но у меня есть на то достойная замена. И вы его знаете! Он выдержал эффектную паузу шоумена и зычно протрубил:
- Ти-и-м-о-ти!
- А-а-а!!! – зашлась в новом экстазе толпа. Игвы-женщины задрав руки, запрыгали от нетерпения. Их худосочные сизые груди с длинными красными сосками безобразно запрыгали из стороны в сторону.
-Тимоти мне сюда! – тихо, но властно приказал Великий Игва. И вдруг от горизонта со стороны МКАД-а пошел нарастающих гул голосов. Через несколько секунд люди увидели, что игвы стремительно передают, точнее, быстро-быстро толкают над головами какой-то длинный сверток. Создавалось ощущение, что сверток этот буквально парит над землей и несется вдоль Рублевки со скоростью болида. Перед поворотом на Николину гору сверток замедлил скорость, и вскоре двое слуг аккуратно поставили на асфальт худощавого босого человека в полосатой пижаме и сползшей на лицо вязаной шапочке.
Игвы энергично встряхнули это существо, поправили шапочку и ошеломленные люди увидели, что перед ними, в самом деле, стоит не кто иной, как известный рэп-исполнитель Тимоти!
Глаза его плыли, тело раскачивалось, босые ноги пытались удержать равновесие. Силясь что-либо понять, он с изумлением таращился то на Президента, то на безбрежное море улюлюкающих красноглазых тварей. В таком состоянии он пребывал не менее минуты, чем страшно позабавил игв.
-Ну и рожи! Вот это я грузануся вчера на тусне! – наконец вымолвил он заплетающимся языком, как вдруг судорожно икнул и еле успел отбежать на обочину, где зашелся блевотиной. К тому времени Великому Игве все это изрядно поднадоело. Пружинистой рэпперской походкой он подошел к отплевывающемуся тягучими слюнями Тимоти, схватил его за шею и резко повернул к себе лицом.
-А я что говорил, пацаны?! Профессионал! С этими словами он грубо перехватил рэппера за ворот пижамы – зашкирку и приподнял его тело так, что только кончики его босых пальцев касались асфальта. Под восторженный вой толпы Игва без усилий потащил свою очередную жертву по кругу – всем на обозрение.
-Гляди братва - какой высокий профессионал! – громко комментировал он свои действия. – Этот пацан даже во сне не снимает своей рэпперской шапочки!
На последних словах он жестоко подсек Тимоти и тот со всего размаха рухнул на асфальт, на спину.
-Пляши! – рявкнул Игва и широко расставив ноги, угрожающе склонился к рэпперу.
-Ты чё, дядя! – выдавил тот, корчась от боли. - Вы чё здесь совсем, что ли съехали?! Он оглянулся на Президента, ища защиты. –Чё за маскарад?!
-Пляшши-пляшши! – угрожающе зашипели, надвинулись на него игвы, полыхая огненными глазами.
Видя такой поворот событий, Президент решил не рисковать и крикнул:
-Танцуй, Тимоти!
-Хочу проснуться! – вдруг дурным голосом заорал рэппер, озирая все безумными глазами.
-По-о-оздно! По-о-оздно! – протяжно засипели игвы, хищно сужая зрачки.
Тогда Игва схватил его тем же манером – за ворот пижамы и быстро поставил на ноги.
–Сейчас я буду читать, а ты – плясать. Иначе - порву! Понял?! – бешено проорал он ему в лицо.
-Понял-понял, - пробубнил Тимоти, бледнея.
-Ну, наконец-то! Он по ходу все понял, братва! Поехали! Ритм – две четверти! И игвы, вожделенно прикрыв глаза, принялись шлепать своими перепончатыми лапами на две четверти. Великий Игва грозно зыркнул на Тимоти. Тот без слов, принялся робко воспроизводить некоторые рэпперские движения.
-Не-е-т! Я вижу, ты не въехал, пацан! – тут же остановил его разгневанный Игва. -Может порвать его по приколу?! – обратился он к толпе.
-Рано! Рано!- заскулили женские голоса
–Тогда виски, кокс и телку?!
-Y-y-e-e-s-s! – восторженно взвилсь игвы.
Не прошло и минуты, как на шоссе были организованы три кокаиновые дорожки шириной с две человеческие ноздри и длиной не менее пяти метров. В конце центральной дорожки игвы поставили бутылку виски «Black Horse». Тимоти в ужасе смотрел на Президента.
-Ты чё зыришь?! – заметил Игва. Секи сюда, первоходка! Велгу мне! Из толпы тут же вынырнула явно престарелая игва. Она взбежала на Рублевку с тем забавным изяществом, что так присуща молодящимся старым кокеткам. При этом ее груди, как две серые тряпочки, заколыхались над ее морщинистым сизым животом.
-Мда, что-то ты совсем сдала, милая Велга, - выдавил Игва, брезгливо оглядывая ее кривые по причине худобы ноги, влажный костистый таз. - Где же та пышногрудая куртизантка Мессалина, Фрида, Монро, пленявшая императоров, президентов и миллиардеров?!
-Так сколько ж лет прошло, мой Повелитель! – прошамкала Велга обиженно.
-Да уж и не так много, - проворчал тот.
-Так я же, сэр, как револьвер – в каждом столетии – отдуваюсь. Сколько можно меня эксплуатировать? - с готовностью засутяжничала эта престарелая дама.
-Ладно, все – проехали, - с досадой прервал ее Игва.
-Й-е-хали! – радостно подхватила толпа, изрядно истомившаяся по предстоящему шоу.
На шоссе – по трем кокаиновым дорожкам начали распределять участников забега. На левую дорожку на четвереньки игвы поставили и тут же прижали между лопатками, отчаянно упирающегося Тимоти. Справа, на центральную полосу, опустилась Велга. Она игриво поглядывала на рэппера и, как можно зазывнее, оттопыривала свой морщинистый сизый зад.
-Не понял! - вдруг рявкнул Игва, опуская очки. - Почему третья дорожка пуста? Испуганный шорох прошел по толпе игв. На Рублеву вытолкнули того самого согбенного игву, что подносил ему документы.
-Ученый секретарь, я не понял, почему на правой дорожке никого нет?!- гневно повторил Игва и глянул на него поверх очков огненным взглядом.
-К-кого вам будет угодно с-сегодня монсеньер? – дрожа всем телом, еле слышно спросил Согбенный игва, он же Ученый секретарь и достал из-за спины какие-то газеты. Странно, но вдруг, как по команде, все игвы встрепенулись и зловещим полушепотом принялись скандировать:
-Список игв, список игв, список игв!
-Не угодно ли вам сегодня, перед всеми и кого угодно? - осклабился Согбенный игва. С этими словами он подобострастно выгнулся и протянул Великому Игве телевизионную программу – явно вкладыш какого-то бульварного таблоида. Такую же программку он спешно развернул сам и принялся вслух зачитывать. При этом люди сразу заметили, что старец этот, то ли по причине великовозрастности но, скорее всего, от страха, многое в ней понапутал:
-Вот здесь Алла Пугачева есть…П-примадонна дается сегодня в пародиях по Первому каналу, еще ранее был Емельян Пугачев - фильм, с-скорее всего про ее отца, - бормотал бедный старик. - Есть и Максим Галкин... Скоро будет фильм Тарантино… Квентина - неореализм, Гой-Германика – «детская жесть», римэйк. Пародисты-пересмешники с «Большой разницей» и Цикалом, здесь и Малахов с «Детектором лжи» намечается...
-Ты лучше помолчи, а? – грубо перебил его Игва, шелестя программкой.
–О! «Большая разница» – милашки те еще! Но об этом позже. Он сел в свое кресло и задумался.
-Вызови-ка мне лучше Примадонну. Да не так грубо. Скажи, мол, серьезный корпоратив на Рублевке, то-да-сё… Мол, наши люди встретят на повороте на Николину гору. Таксу ты знаешь, ставь двойную.
-Будет исполнено, мой повелитель, - пролепетал Согбенный игва.
-А еще, как ты его назвал? Тарантино?
-Да, мой Император, Квентин… - старик еще более согнулся в тревожном ожидании.
-Ах, какой конкретный пацан этот Тарантино! – вдруг вспомнил Великий Игва. –Я по три раза смотрел его «Криминальное чтиво» и «Бешенных псов». Что за славные ублюдки там показаны! Он-то их специально бесславными называет, а на экране они очень даже славные получаются! Эффект Тарантино! А главное - как все гениально просто! Хотите крови, секса, драга – нате вам по самое не могу! Только бабки гоните! А частичка души отмирает.
Великий Игва медленно повернул голову и на зеркальной поверхности его очков, люди сидящие на Рублевке, отразились жалкими беспомощными фигурками.
-Что притихли, человечики?! Сиротинушки мои несусветные! – сказал он тяжелым голосом. -Вся ваша беда в том, что не Бог и не Дьявол осиротили вас. Вы сами осиротили себя своим безверием. Сегодня вы пребываете в страшном равновесии между ними. И насколько я знаю, ничего более страшного на Земле изобретено еще не было.
Некоторое время он неспешно прохаживался перед пленниками, бросая в их сторону короткие взгляды. Потом сел в свое кресло и голосом, исполненным сарказма, продолжил:
-Или вы еще сомневаетесь в том, что шоу на Земле выше Христа, а храмы его - лишь конюшни у башен телемонстров? Сироты вы казанские! – осекся он с сожалением.
-Да сироты они, сироты! – как бы оправдываясь, заерничали следом толпы игв.
-Знайте! - перебил их Игва, недовольно морщась. - В отведенных мне великим Сатаной-Гагтунгром столетиях, я еще не видывал такого глобального Содома, каким предстает передо мной Земля в двадцать первом веке! Но даже мне не нужен такой бардачный мир!
-Ба-рда-ачный! Ох, ба-рда-ачный! - сокрушенно завздыхали, заохали все игвы.
-А ведь, в сущности, любой человек на этой Земле не так уж и плох по отдельности – задумчиво продолжил он. - Каждый из вас - почти ребенок, дыхание Бога. Вот только, когда вы собираетесь в толпу, с вами начинает твориться что-то невообразимое. Вас сразу захлестывают родовые, клановые, национальные бредни. Если бы вы знали, с каким отвращением я наблюдаю, как во имя власти и бабок вы в очередной раз кучкуетесь в партии, хартии, в любую другую омерзительную хрень.
Заметив на лице Президента презрительную улыбку, он мрачным голосом произнес:
- Серьезнее, господа, серьезнее! Ваши презрительные усмешки - еще не признак ума. Именно с этим выражением лица будут сделаны самые страшные ошибки людей в двадцать первом веке! Слышал, что примерно так сейчас говаривает один из ваших классиков в мире ином. Он оглянулся на Согбенного игву. Кстати, почему ты не вытащил ко мне Шварца?! – резко спросил он.
- Он уже в Олирне, мой Император! - торопливо откликнулся тот.
-В Олирне, так в Олирне…, - устало произнес Игва. - Да что мы все о грустном, да о грустном! Подать сюда Тарантино!
-Уже на подлете, Великий Император! – завопили сразу несколько игв, указывая на мигающую в небе точку. Не прошло и минуты, как сорокаместный реактивный лайнер с яростным ревом задымил колесами по асфальту Рублевки.
-Вперед! – приказал Игва, стоящим наготове игвам-гаишникам. – Смело доите его! И меньше чем на пять лимов «зеленью» не соглашаться! Те быстро побежали к самолету, приказывая светящимися дубинками заглушить двигатели.
Вскоре по выпущенному трапу на Рублевку спускался сам Квентин Тарантино! Лицо его было крайне встревожено. Он видимо так торопился на эту встречу, что из одежды на нем были только ночной колпак, помятая футболка, цветастые трусы и шлепанцы на босу ногу.
-Хай, Great Игва! Хай, май велыки братан! Я так сладко спать! Но тебье готов летать и ночь! But why, твой мент менья трястьи пять лим every time?! - пожаловался он, обиженно кривя лицо.
-А как ты хочешь, брат?! – возразил Игва, жарко обнимая его. Ты сначала сам попробуй, в этой стране, все так грамотно разрулить! Да тебе, басурман, на Рублевку даже самый драный «кукурузник» меньше чем за пять лимов посадить не дадут! А ты тут важнячишь на реактивном лайнере! Так что, братка, не обижайся, все по чесноку!
-Оh! Миста прэзидент?! Тарантино заметил сидящего на шоссе Президента. - How are you doing ?! – жалко улыбнулся он. – It’s всье блокбастер, да? Сьемка? Yes! Не обращайт вниманий!
-Пять лимов мне в оффшор, на Вирджинку, Квентин, - тем временем втирал ему Игва.
-Yes, Май Great Игва! Код ви знайт! А я лететь, мне - съемка Холливуд срочно!
-Куда лететь-то? Еще ночь, и мы не все успели! - опередил его Игва. Он жестко прихватил Тарантино под локоть и подвел к кокаиновым дорожкам. – У нас тут, Квентин, забег намечается, и ты один из его почетных участников.
- Me? Oh, no! Это не возмёжно!
-Возмёжно, возмёжно, - раздраженно перебил его Игва. –Давай-ка быстро на старт, дурилка картонная! Квентин тяжело вздыхая, подошел к сидящим на старте Велге и Тимоти.
-Итак, условия соревнования просты! – прогудел Игва. Каждый участник должен как можно быстрее начисто сдуть свою кокаиновую дорожку! Приз – бутылка “Black Horse”!
-Как сдуть? - вырвалось у Тимоти. Толпы игв по обе стороны Рублевки покатились со смеху.
-А ты что думал, чувак, вдыхать в себя все это дерьмо?! – спросил озадаченный Игва, озирая рэппера с ног до головы. –Нет, мой попсовый мальчик, мне не нужны самоубийцы среди вас. Вы мне еще, ой как пригодитесь для стирания всего духовного в людишках! Отныне мы уже вместе будем подсаживать их на попсу!
-Й-е-хали! – завопили игвы, заждавшиеся начала представления.
-На старт! – бешено проорал Игва. - Внимание! Пошли!
Велга, Тарантино и Тимоти кинулись наперегонки сдувать свои дорожки, поднимая облачка кокаиновой пудры впереди себя.
Велга шла по центральной дорожке. Несмотря на трубчатые губы, дула она все время как-то кривовато. Ей мешало ее природное кокетство. В процессе соревнования она успевала зазывно поглядывать то на Тарантино, то на Тимоти.
Соперники ее наоборот: пучили глаза, раздували щеки и смотрели прямо перед собой.
-Не халтурьте! Чище! – прокричал Игва.
-Чище-чище! – подхватили толпы с обеих сторон.
К середине пути волосы, физиономии и грудь всех участников забега были сплошь покрыты белой пудрой.
-А-а-а! – заходились игвы волнами дикого ржания, показывая пальцами на их очумелые белые рожи.
Первым к финишу пришел более опытный Тарантино. Велга и Тимоти еще фыркали на целый корпус позади, когда тот уже встал на ноги, и победно воздел обе руки вверх.
-America! America! Yes-s! – потрясал он кулаками, яростно вращая безумными глазами. Видимо действие кокаина уже началось. Под шквал аплодисментов Игва вручил ему виски.
-Било очен весьело! Круто, yes!
С этими словами он быстро попрощался с Игвой, помахал рукоплещущим толпам и взмыл в небо.
-Вот так всегда, - мрачно заметил Игва, глядя в след удаляющемуся самолету. -И коды счетов этих бесславных ублюдков наизусть знаю, и все их оффшоры…Выходит, что мои же гашники меня на пять лимов и штарфанули… Ах, что за бестии эти америкосы! Ох, за что боролся - на то и напоролся!
Тут его взгляд упал на белое лицо Тимоти.
-Ну, как, пацан, ты готов?
-Готов, - эхом откликнулся рэппер, посверкивая стеклянными глазами.
-Пацаны, он походу готов! - проорал Игва. -Счет прежний – две четверти! И толпы тварей с готовностью принялись шлепать своими перепончатыми лапами, мотая головами в такт.
-Смотри, чувак! – угрожающе рявкнул он рэпперу, и принялся сам отбивать ритм. Знаменитый тусовщик не заставил себя ждать. Он кинулся на середину шоссе и как заводной принялся лихо отплясывать рэп. Игва поправил свои зеркальные очки и начал:
-А еще был у вас Ванька Грозненький.
Так боялся он власть потерятеньки,
Что задумал во благо Христовое,
Замочить все, что просто шевелится.

Ну а я был Малютой Скуратовым
В это времечко, в этой земелюшке.
Сколько тятенек на кол сажали мы,
Сколько жен задирали как козочек!

Сколько детушек зрили страдания
Своих матушек, тятушек ласковых!
Но потом, насладившись сим зрелищем,
Мы и детушек нежно закалывали.
-Ох-хо-хо! – прокричали игвы, продолжая яростно отстукивать ритм. Этот монолог они видимо слышали не раз. Предвосхищая начало фраз, они заранее шевелили своими трубчатыми ртами.
Великий Игва, дергая в такт своим телом, воздел руки к небу, и, видимо почувствовав апогей внутренней экспрессии толпы, истошно заорал:
-All together!!!
-Сколько детушек зрили страдания,
Своих матушек, тятушек ласковых, - заухали игвы низкими голосами, переминаясь с ноги на ногу.
-Но потом, насладившись сим зрелищем,
Мы и детушек нежно закалывали! Ийеха!!! – завизжали толпы в экстазе.
Чтобы успокоить разгоряченную аудиторию своих фанов, Игва выжидательно поднял руки. Добившись от толпы устойчивого ритма, он продолжил:
-А намедни девчонка чеченская…
Ей-то от роду только три годика,
В Казахстан я погнал их составами,
Без куска, без единого хлебушка.

День их слышит конвой полустанками,
Из вагонов смердящих доносится:
«Дайте хлебушка нам на осьмушечку!».
«Дайте хлеба на четверть осьмушечки!»

А войнушка идет несусветная!
Что там Бах, да Бетховен со Моцартом!
Там Адольфушка, братка мой кровненький,
Вознамерился мир пострелятеньки.

А девчонка кандычет:
«Не хлебушка, дайте только мне зернышко маково!
И я выживу, дайте мне зернышко,
И глоточек воды, если можете».

-Три кандычет она под Воронежем! – с готовностью проорали игвы.
-Пять кандычет она аж за Волгою!
-Семь кандычет она под Актюбинском! – скандировали игвы волнами.
-А пожрать-то в вагоне и нетути! – перебил их на высокой ноте Великий Игва, растерянно разводя руками. Добрая полвина ублюдков зашлась смехом до икоты, уже не в силах хлопать.
-Так и сгинула девочка бедная
От болезней и лютого голода, - скороговоркой закончил Игва и испытующе посмотрел на Президента.
-От Грозного прошло семь поколений, от Пушкина сообща замоченного – три поколения, от чеченской девчушки – полтора! От таджички – ни одного! Неужели ты думаешь, чувак, что сможешь что-то изменить в душах этих людишек, память которых запрессована ужасами долгих веков?! Доказать им, что мир – не волчьи стаи?! Да они же веками были лишенцами, затравленным, загнобленным зверьем!
-Зато теперь – положенцами! – дружно подхватила толпа, радуясь подобранной рифме.
Великий Игва вальяжно раскинулся в кресле, видимо весьма довольный ходом развития своего шоу. Он милостиво озирал своих беснующихся сатрапов и даже несколько раз прихлопнул в ладоши, выказывая им свою благосклонность.
Под новый рев толпы Велга подиумной походкой прошлась по Рублевке на высоких каблуках, потом подошла к своему повелителю и жеманно опустилась на колени у его ног. Игва покровительственно потрепал ее седые косички и лениво заметил:
-Ты лучше многих знаешь законы роскоши, милая Велга. Людям все-таки свойственно быть в «Бентли», пусть даже конкретной грязью под его колесами, чем пылью под ветром осиротившего их Бога. Им всегда было спокойнее работать на босса, нежели на того, кого они никогда не видели и не увидят. Они уже давненько поняли, что лучше получать баксы в руки, чем слова в уши. А в церкви? - позевывая сказал он. -Туда тоже надо ходить, иногда, чтобы этот безумный мир окончательно не впал в беспредел. Так было веками и так будет. И ничего в людях не изменится. Бог когда-то поставил на людей и проиграл, а мой босс поставил – и выиграл. И все было по-честному! – добавил он тяжелым голосом, косясь в сторону Владыки.
-Знай, Антихрист, что все это изымут из времени! – воскликнул священник. – И не будет больше пиршества для твоего Мамоны! Тогда придут светочи и вобьют осиновый кол в его тушу!
-Это кого ты имеешь в виду, Ваше Преосвященство? - как можно язвительнее произнес Игва. –Билли Гейтса, чо ли, или выжившего из ума старика Баффета, а может быть вашего не менее безумного миллиардера Потанина?! Так то - единицы, исключения! Я же, батюшка - правило! А это, как говорят у вас в Одессе – две бо-о-льши-и-е разницы! Великий Игва поморщился, видимо сожалея, что ввязался в эту полемику.
–Мне, батюшка, соблазнить, переделать всю Россию в ворье и бандитов – как два пальца..! Кстати, в чумовые 90-ые многие людишки быстро смекнули, что к чему… Нахваталась менеджментов и маркетингов смерти, хотя в руках не держали бура, не нюхали нефти. Просто, взяли и поднадрезали они сухожилия под коленками у «красных генералов», повтыкали им в разные места ножи и пули.
- Ой! Они их просто… обманули! – осклабились игвы.
-Да в косяк повгоняли их быстренько, – сурово поправил их Игва и низким голосом продолжил:
«Вот идет составчик с бензинчиком,
Договор чички-чики с заводиком.
Чу! На станции назначения
Половины цистернушек нетути!

«Ах, директор, ты тварь подпарашная!
Ты скрысятничал эти цистернушки?!
Получай-ка за это ты перышко
Да в сердечко свое ало-красное!»
-Зато теперь эта шпана превратилась в настоящих урок! Они имеют дворцы, яхты, острова! Могут с вчера потерять кольцо с брюликом за 100 кусков «зеленью», а на утро с важным видом раздавать бич-пакеты в доме престарелых. Все это мои люди, господин Президент Российской Федерации! Все это моя армия, господин главнокомандующий!
-Это все его, его! – проникновенными голосами, будто раскатывали «шарик-малик» для умалишенного, принялись втолковывать игвы Президенту.
В течение всего последнего представления Президент, молча исподлобья наблюдал за происходящим. При этом майор отметил удивительно бесстрастное выражение лица Владыки. Только глаза его все время быстро-быстро ощупывали темное небо.
-Это все мои полки – ваши депутаты и чиновники! – все больше распалялся Игва.
-Почти все менты и гаишники – мои кадры! Практически вся ваша армия – моя! Он быстро прошел к сидящему на асфальте Президенту и, хищно изогнув свое мускулистое тело, приблизил к нему свое пылающее ненавистью лицо.
-Если вся Россия моя, тогда, позволь узнать, чем командуешь ты, господин главнокомандующий?!
-Бред! – как можно спокойнее ответил Президент. – Во-первых, люди никогда не будут тебе подчиняться.
-Это почему же?! – запальчиво воскликнул Игва.
Президент хитровато улыбнулся и нарочито заметно подмигнул остальным пленникам.
-Эстетика людей не рассчитана на то, чтобы подчиняться главнокомандующему с такой ублюдочной, как у тебя, рожей. Игва вспыхнул зрачками, заметив улыбки на лицах людей.
-Зато этика людей очень хорошо рассчитана на это, чувак! – глухо прорычал он в ответ, но тут же взял себя в руки.
– Да, они не видят и не слышат меня, зато выполняют все, что хочу я! Грабят в переулках, воруют вагонами, душат денно и нощно в министерствах, в бизнесе, в воинских частях, изгаляются над слабыми. Все это - моя Россия! И ты этого никогда не опровергнешь, господин – черт-те-знает-чего главнокомандующий! Потому что нет у этой России ни тела, ни артерий, ни вен! Ибо вы до сих пор не признаете, что если воруете – то крадете у собственных детей! Воруете на ремонте дорог – у собственных детей! И не будет у вас ни души, ни дорог, ни будущего, потому что ваш Бог проиграл! И нет уже линии фронта, ибо я повсюду! Будет только смерть при жизни! Смерть при жизни!!! – уже не сдерживаясь, исступленно орал Игва.
-Газманова мне сюда! – вдруг глухо прорычал он куда-то в сторону.
Сразу же около шоссе возник столб искрящегося зеленоватого света. Он быстро приблизился, с шипением уплотнился, осыпался тысячами зеленоватых льдинок. И перед изумленными людьми на Рублевке возник известный артист Олег Газманов! Игвы приветствовали его появление громким свистом и бурными аплодисментами. Олег был в своей просторной белой рубахе, темных атласных штанах заправленных в черные полусапожки.
-Они, видимо, к нам прямо с корпоратива пожаловали! – прокричал довольный Игва, поводя рукой перед беснующей толпой.
(продолжение следует)